О гладиолусах и рыбках

 

На создание людей, которые сегодня двигают мир, оказала воздействие не только Детская энциклопедия редакции 1969 года. Была еще одна книга, она ломала людей за ночь. Я помню одну такую ночь, на съемной московской квартире: мой коллега купил на лотке книгу в мягкой обложке и присел полистать её после вечернего пива. Я скользнул взглядом по обложке и пошел спать в другую комнату: слишком хорошо я помнил, как забывал всё, когда в библиотеке появлялась свежий номер «Невы» с продолжением.

Свет настырно пробивался из-под двери всю ночь, пока Кремль за окном не окрасился обещанным нежным светом. Я пошел ставить чайник: выпитая до дна книга лежала на столе. Я мог её цитировать по памяти, но не отказал себе в удовольствии снова пробежать глазами первую строку – первую из строк, которые взрываются в мозгу.

«ЗАКОН У НАС ПРОСТОЙ: ВХОД - РУБЛЬ, ВЫХОД – ДВА»

Войти иногда трудно, иногда легче легкого, но выйти гораздо сложнее. Так всегда и везде. Так устроен мир: исходящие всегда дороже. Тебя рождают вовсе без твоего участия, а вот умереть так уже не получается. Жизнь - это игра, где нельзя бросить карты и выйти из-за стола.

Что-то такое начинаешь понимать еще в пятнадцать лет, когда мир фыркает, поправляет бусы, отбрасывает челку и наконец говорит «Ты мне не нужен». Больше всего при этом удивляет то, что сердце бьется, и даже хочется есть, хотя никаких иллюзий и надежд на перемены в будущем нет. Конечно, есть в мозгу извилина, которая наивно-трусливо кричит, что имеет смысл вырасти, разбогатеть и стать директором, и тогда всё будет по-другому. Но остальные извилины хранят презрительное молчание: пятнадцать лет – возраст высшей, интуитивной мудрости (в своей изначальной правоте убеждаешься, выросши и ставши директором - тогда мир начинает говорить тебе, что ты слишком стар).

Но та же инстинктивная мудрость говорит тебе: надо жить, выхода нет. Мир таков, каков он есть, обсуждать его несовершенства имеет смысл только развлечения ради, но никак не всерьез. Какой смысл переживать: всё равно жить. Оставаться в строю, как бы тебе ни было больно. Чего еще надо? «Держать дистанцию», - подсказывают из зала. Ну, надо так надо. Никто тебе не объяснит, какой она должна быть, дистанция эта. Сам узнай и держи. Будь верным. В мире нет ничего, чему можно было бы быть верным – значит, надо быть верным пустоте.

Это аксиома. Мир стоит на аксиомах. Уже подросло поколение, не изучавшее великой книги о рыбках: в наше время как-то не принято читать книги прошлых годов издания, то есть на которые нет рецензии в журналах «Да!»,  «Хаджиме» и тому подобных. Тем не менее, эти люди мечтают сделать карьеру, для чего скупают пачками книги по соответствующей тематике: пытаются понять доказательство теорем, не зная тех самых аксиом. В итоге они - только представьте себе! - думают, что делать то, что является маразмом, не нужно.

Работать с ними, если честно, невыносимо, потому что они постоянно задают вопросы, на которые нет ответа, то есть которые задавать бесполезно. Кучеринг – занятие выматывающее, время наставника и руководителя уходит на мучительные поиски подобия ответа на все эти бесконечные «зачем» и «почему». Ладно хоть, сейчас полегче стало, ибо найден универсальный ответ, вобравший в себя всю глубину и многообразия мира: «Потому что – гладиолус!»

Выхода нет, и значит быть тебе здесь. И делать то, что мы умеем: принимать на себя огонь, замыкать на себя финансовые потоки. Не ради чего-то, а просто так: раз умеешь, надо делать. И быть тем, кто ты есть. Мир в который раз говорит: у тебя вообще интуиция-то есть? Ты разве не чувствуешь, что мы несовместимы? Есть целый ряд факторов – ну, ты многого не знаешь…

И ты идешь и садишься в автобус до Краснодара. Конечно, это не выход. Выхода нет. Мир несовершенен, ты несовместим с ним, ты совершенство, ты пятый элемент, то есть пятое колесо в телеге. И ты не можешь измениться для достижения совместимости. Тебя еще до рождения посадили на белого коня, а теперь всю дорогу возмущаются, если он у тебя грязный.

И даже если человек на неделю попытался выйти из игры, он одумается и скажет фразу, из которой выросла эта статья: «Я бы умер, да совесть не позволяет».

Но какая там совесть – гладиолусы и рыбки.   

 

Обратно в алфавитное оглавление

Обратно в хронологическое оглавление