Это была одержимость тем, что люди одинаковы, и потому любые границы - всего лишь тягостное наваждение. Человек волен выбирать автомобиль любого цвета, с единственным условием - он должен быть черным.

Вышеуказанный принцип был сформулирован и воплощен в самой свободной стране. Людям нравилось ездить именно в одинаковых машинах, мечтать одинаковые мечты, слушать музыку по радио, зная при этом, что вместе с тобой ту же мелодию слышат миллионы. Причина этого глубже, чем давление империй и конвейеров: одинаковость была заманчива для человека, поскольку избавляла от одиночества - только абсолютно одинаковые люди способны понять друг друга. Счастливые толпы устремлялись на стадионы: Тушинский авиапарад, Мартовское поле или концерт "Битлз" - без разницы.

Уходила в прошлое рознь между белыми и неграми - они ведь внутренне не различаются ничем. Аналогично, должны были стереться различия между городом и деревней, барьеры между мужчинами и женщинами, будущее было за народными театрами, а картошку замечательно убирали академики.

Единственным и досадным исключением были государственные границы. Но, как мы понимаем сейчас, это было исключение из разряда тех, которые не просто подтверждают, а даже обеспечивают существование правила. Ибо стоило рухнуть бетонным стенам и стальным занавесам, как границы стали появляться там, где их, казалось бы, давно стерли. Несколько миров человечества сменились на сотни, тысячи мирков.

То же самое, впрочем, испытывают и женщины. При этом и мужская, и женская логики изучены вдоль и поперек, описаны в сотнях книг: непонятно чего - бери и читай. Вот книги, как можешь соблазнить ты, а вот - как будут соблазнять тебя. Каждый шаг партнера ясен наперед, и, главное, ясно, что если промедлишь в соблазнении ты, то соблазнят тебя. Наличие любовных драм в такой ситуации может означать только одно - так интересней.

Общение возможно, только когда другой таков же, как ты... но к чему общаться с самим собой? Нас отталкивает похожее и притягивает непонятное; вот сила, которая движет миром. Потому мир делится. Мы возводим в принцип даже микроскопические различия, воздвигаем границы даже там, где их не было никогда. Эти границы - не бетонные стены, как встарь, они, скорее, из стекла, делающего любой предмет заманчиво недоступным и в то же время достижимым.

В конце концов, в мире не так уж много осталось интересных и непонятных вещей. Их нужно беречь.

Обратно в алфавитное оглавление

Обратно в хронологическое оглавление

Новинка! Очерки екатеринбуржской жизни в авторской рубрике "Погода" еженедельника "Деловой квартал"

Новинка! Очередная мужская история "Пропавшие в ночи"