Об отрицаниях
Я не люблю, когда при мне включают радио. Точнее, я этого просто боюсь.
Ладно еще, если там
заполошный малый орёт, что его друзья не платят за газ и другие коммунальные услуги. Или другой мальчонка надрывается "попробовав раз, не сплю и сейчас", поскольку эта гадина воду не пьёт, а только французское шампанское, и выгоняет его плясать под дождём голого, как в рекламе "Аспирина".Это еще терпимо. Но когда девичий голос с песьими какими-то подвываниями начинает выводить "нелюбовь", я просто бесенею. Я этого слышать не могу. Меня учили, как человек воспринимает слова и фразы. А там первая заповедь: сознание не воспринимает отрицания. И если вы скажете своему ребенку "Не падай", так он будет как раз падать. И если сто раз повторить "
Никто не поможет России…", то…Но молодая певица как-то хитро склеивает отрицание со словом, создавая из них единое слово, которое невозможно воспринимать по частям. Страна, которой колотят этим делом по ушам, просто вынуждена задуматься над этим. "Нелюбовь" - это вообще как? Есть ли это нечто противоположное "любви", то есть ненависть или равнодушие?
Из контекста возникает ощущение, что это не так. "Нелюбовь" очень похожа на любовь, обладая практически всеми её признаками, за исключением неких малозаметных, но весьма важных деталей. Которые буквально, без преувеличения можно назвать сутью. Я, намекает нам молодая певица, действительно долго отсутствия этих деталей не замечала… и по ночам тебя встречала… но теперь заметила, о чём и пою. Налицо, поет она, почти любовь, где-то рядом и сильно похоже, но всё же не то. Точнее, "нето". Федот, да не тот.
Каждый из нас периодически пользуется подобными оборотами. Когда мы говорим "ну, это не работа" или "Он не мужчина", мы тоже вовсе не имеем в виду, что налицо отдых или женщина. Нет, мы имеем в виду, что есть лишь поверхностные признаки соответствующего объекта, а главного-то и нет. То есть это не работа и не мужчина, а "типа работа" и "типа мужчина" - еще один словесный оборот, подозрительно часто мелькающий в языке. Еще более интересно, что традиционно не признающая всяческую попсу и жаргонизмы наука тоже приготовила соответствующий термин -
симулякр. Имитация, то, что почти, типа, но не то.В самый раз посокрушаться, что в жизни не осталось ничего истинного и полновесного. Вот раньше и любили как следует, и помидоры в салате были ядреные. И небо синее. А сейчас одна "нелюбовь", от которой у вашей дочки одни слезы и загадочные лекарства в тумбочке, и небо лишь "типа синее", а помидоры не вкусные, а "самые вкусные". Словечком "самый" в телевизоре выделяют те самые симулякры. Раньше таких слов, опять-таки, не было.
Но дело, видимо, не в этом. А в чём же? Я не знаю, не могу сказать. Мы живем в мире устаревшего языка и слов, которые еще не придуманы. А теми, которые есть, невозможно даже объяснить, в чём же дело. Нету больше ни любви, ни ярости; ни дружбы, ни вражды; ни мужчин, ни женщин. И помидоров нет. И неба. А есть что-то новое. Мы словно в начале сотворения мира, когда мир наполнен неназванными вещами, и мы принуждены описывать этот мир через отрицания, длинно, непонятно и путано. Старые, привычные слова лишь запутывают нас и наших собеседников, когда автоматически срываются с нашего языка. И
мы мотаем в немом бессилии головой - всё, всё не то!Наши мысли и поступки, вся жизнь наша неизъяснима. То есть изъяснима, но почти, оставаясь в главном, в сути всеми непонятой. За три месяца вы успеваете рассказать своей девушке всю свою жизнь, сотни забавных случаев и серьезных мнений по разным вопросам. Всё, кроме главного. "Мы знакомы с тобой уже три месяца, а ты так и несказал, что у нас с тобой", - горестно вздохнёт она однажды, - "Я так немогу".
И ты плетешься по ночному городу, пытаясь понять хотя бы внутри себя, что ты чувствуешь к ней. Это любовь? Нет. Что-то теплое и чистое, ничем не хуже, чем у Ромео и Джульетты, но всё же другое. Не любовь, а нелюбовь. И глупо сравнивать. В нашем мире не осталось больше любви и былых радостей, одна "нелюбовь" и "нерадости". И вы будете вместе, так ничего друг другу и необъяснив.
В самом деле, теперь нежить
, что ли?Вот именно. Больше нам ничего неосталось.
Обратно в хронологическое оглавление